Гиперборей

Плач из толпы то взмывался то падал.
Тёсом помост обнажился зловеще,
В небо толкая спиною горбато
Плаху в порезах и струпьях несвежих.

Жаждою крови блестела секира,
Жадно дрожала в руках узловатых.
Скалилась свита зловеще и криво
И багровел воевода щербатый.

Нервничал князь в ожидании казни
И торопил расторопных конюших.
В длинной рубахе- изорванной, грязной -
Пленник прошел между стражников дюжих.

Пасти свои плотоядно оскалив,
Звякая черною бронзою алчно,
Цепи удавами тело сковали,
Радуясь княжьей охоте удачной.

Выя могуче легла поверх плахи,
Пытками тело истерзано, бито.
На палача смотрит прямо-без страха,
Кровью засох оселедец небритый.

Лезвие остроотточено взмыло,
Хищно и зло в шею витязю целясь
И в тишине двора- жуткой и стылой-
Вскрикнула разом и свита и челядь.

Хрястнуло в воздухе страшно и сочно
Брызнуло ало с обрубка на гридня.
Гордо культю палач поднял со стоном.
-Княже, отныне служить непригоден! -

Живы Сварожии нити Покона!
Пальцы отрубленной кисти дрожали.
Злобно секира прикушена комлем,
Кровью натекшей окрашенным ржаво.

Князь стервенел и ругал воеводу.
Свита толпилась, испуганно прея.
Вира нежданная дарит свободу
Узнику- витязю-гиперборею!

© Гайдачук Виталий, 2006


* * *
Кровь сходила с клинков, и клинки становились чисты
Словно наши мечты, сны мальчишек, не знавших сомнений...
Кто возьмет с наших душ наши сбитые грубо кресты?
Кто отпустит грехи, если все-таки встать на колени?

Кровь уходит с клинков, застывая в дорожной пыли
Наши правда и ложь - все истает в безмолвии пыли...
Мы молились бы истово, если бы только могли...
Мы молились бы праведно. Если бы нас научили.

Ты был волен решать. Изначально свободен от пут.
Ты оружие выбрал и поднял своими руками,
Ты один перед Небом. А Небо и звезды не лгут.
Даже звезды пожаров, затянутые облаками.

Одиночества боль мы запрятанной носим в себе,
Шаг за шагом во тьму, уступая дорогу отсрочке...
Раскаяние - ложь, покаянье - лишь взятка судьбе,
И мгновение правды - как горькая дань одиночке.

Мы кому-то нужны, даже если не можем забыть.
Мы чего-то должны, урывая у смерти мгновенье,
Исступленно желать... Исступленно кого-то любить.
И, себя преломив, перед кем-то вставать на колени.

Мы ведь были сильны. Было чем и зачем дорожить.
Почему ж в эту ночь не храпят запаленные кони?!..
Просто кто-то из нас в эту ночь зарекается жить
И оружия боль бьется раненой птицей в ладонях...

(Автор мне неизвестен)


Война.

Однажды увидев мечи и кольчуги,
Влюбившись в бои и кровь на клинках,
Не помнить, что сердце у матери в муке,
И слово «Сынок» замерло на устах.

Уйти на восток, а вернуться с заката,
В чести и в славе, в богатых дарах.
Обмыть кровь врага с сапог и булата,
И вспомнить сейчас об убитых врагах.

Поднять кубок браги. Молчанье минуту,
Вспомнить всех тех, кто остался лежать.
С раной на сердце, с пробитою грудью,
Теперь братьям этим больше не встать.

Едва ли война – это игры великих,
Едва ли она обойдется без нас.
Построены в ряд, вровень все пики,
Над полем летит Одина глас.

И тысяча лет пролетит – не заметишь,
И только война остается войной.
Только она неизменна на свете,
Когда в ней рискуют жизнью. Собой.

И вновь надевают кольчуги ребята,
Берут автоматы и движутся в бой.
Но душа матерей над могилой распята,
Не ждут похоронок. «Не он». «Пусть не мой».

Война – это игры мужчины со смертью,
Когда на кону стоит жизнь и душа.
Уловкам ее… Никогда вы не верьте!
Ведь дома вас ждут мать, дочь и жена!

Едва ли война – это игры великих,
Война никогда не пройдет без всех нас.
Война это запах победы и крики…
Детские крики… Что остались в ушах.

(с) Даала

@темы: Стихи